Москва
17 августа ‘19
Суббота

Санкции против госдолга России – лучшее, что могло произойти

Запрет на покупку в США облигаций федерального займа настолько очевидно выгоден России (но не ее Минфину), что вполне может так и не вступить в силу.

Финансовая оборона

В середине июля 2019 года нижняя палата Конгресса США приняла поправки в закон о военном бюджете на 2020 год. И несколько неожиданно там оказался пункт о запрете для американских организаций операций с государственным долгом России. Нет, в самом факте этого запрета ничего удивительного нет, но предполагалось, что это будет отдельный акт, а не часть оборонной стратегии.

Но конгрессмены, видимо, решили подчеркнуть оборонительную подоплеку своего решения. Что ж, в этом мире давно никто ни на кого не нападает, все обороняются – даже Германия в 1939 году, как известно, лишь отреагировала на «вероломную провокацию поляков». А американцы сейчас наказывают Россию за вмешательство в выборы.

Запрет принят первой инстанцией в самой мягкой форме. Во-первых, он распространяется только на новые выпуски облигаций федерального займа, которые то ли будут, то ли нет. Объективной потребности в них при нефти по 62 доллара и доллару по 62 рубля у России не существует (об этом ниже). Во-вторых, в принятом законопроекте прямо говорится: ограничения могут быть отменены единоличным решением президента, если будет официально признано, что Россия не вмешивалась в американские выборы.

Правда, буквально на следующий день после принятия законопроекта нижней палатой парламента CNN обнародовал документы о том, как Ассанж превратил посольство Эквадора в Великобритании в промежуточный пункт действий «российских хакеров» на выборах президента США в 2016 году. Так что до опровержения обвинений очень далеко: напротив, началась новая волна расследования.

Так что можно надеяться, что, во-первых, проект будет поддержан Сенатом и подписан президентом, а во-вторых, ему суждена долгая и счастливая жизнь. Ибо он самым прямым образом укрепляет российскую экономику.

Объясняем, почему.

Мечта спекулянта

Дело в том, что в последнее время российский Минфин, воодушевленный бюджетными успехами, оформляет один международный заем за другим. При этом нет никаких внятных обоснований, зачем нам брать взаймы доллары под 4-5% годовых и при этом держать значительную часть наших золотовалютных резервов на депозитах под необъявленный, но, скорее всего, меньший процент. Ранее мы, кстати, и вовсе хранили деньги в облигациях американского займа под 1,5-2,5% годовых.

В июне 2019 года Минфин осуществил очередной выпуск так называемых евробондов – тех же облигаций, но с легким финансовым извращением: они выпускаются не в валюте страны-эмитента и не в валюте страны распространения. Как правило, это бумаги стран Европы и третьего мира, номинированные в долларах, а распространяющиеся в Европе. Планировалось, что это будут десятилетние обязательства ($1,5 млрд) под 4,0% годовых и шестнадцатилетние ($1 млрд) под 4,45% годовых; к счастью, при размещении удалось слегка сбить цену до 3,95% и 4,3%, но это все равно ощутимо. Несложно подсчитать, что только в виде процентов Россия выплатит 1,28 миллиарда долларов, а потом еще и вернет основной долг. Поскольку все эти суммы – лишь доли процента от федерального и тем более консолидированного бюджета страны, коммерческий смысл сделки остается загадкой с одним лишь ответом – кому-то в России остро понадобилось освоить еще немного средств.

Глава Минфина Антон Силуанов считает, что совершил очень хорошую сделку, только на основании того, что в марте заем размещался под космические 5,10%. Это напоминает логику буйного алкоголика, который выбросил в окно сначала холодильник, а потом всего лишь стиральную машинку и на этом основании считает, что пошел на поправку.

«Конъюнктура неплохая, аппетит такой разыгрался у инвесторов на наши бумаги», – полагает Силуанов. Еще бы. У России репутация великолепного плательщика, даже дефолт 1998 года не разорил никого из иностранных инвесторов, все свои обязательства по пирамиде ГКО Россия весьма быстро урегулировала, пострадали лишь бюджет страны да ее жители. А таких процентов на рынке у приличных стран больше не найти. Как тут не разыграться аппетиту спекулянтов!

Здесь надо пояснить, почему советский ярлык «спекулянт» много точнее политкорректного «инвестор». По словарям тех же советских времен «инвестиция» – это «долгосрочное вложение капитала в какую-н. отрасль экономики», и хотя нынешняя властительница дум «Википедия» предлагает толкование «размещение капитала с целью получения прибыли», у нас еще осталась определенная инерция, ведущая к старомодному употреблению слов. В этом контексте зарубежными инвестициями мы можем назвать строительство у нас автозаводов, продажа франшиз с передачей технологий и обучением персонала, даже покупку каких-то предприятий с целью извлечения прибыли из их деятельности. А вот игры с акциями и облигациями чаще всего не влекут за собой никакого реального экономического эффекта ни для кого, кроме самих игроков, но при случае могут оставить объекты этих игр без капитала.

* * *

А поскольку самые наглые и безжалостные спекулянты – это как раз американские банки и фонды, то мы можем только отвесить низкий поклон Конгрессу США, пытающемуся ударить их по загребущим рукам. В случае принятия закона на наши облигации станет существенно меньше заявок, и есть шанс, что снижение «аппетита» спекулянтов охладит и рынок, и Антона Силуанова лично.

Впрочем, в Сенате США сидят люди, которые прекрасно это понимают. И лобби «инвесторов»-спекулянтов вполне может заставить их завернуть законопроект. Да и Дональд Трамп, талантливый бизнесмен, едва ли рвется отнять у граждан США возможность заработать без всяких рисков.

Но будем надеяться на лучшее.

Мы рекомендуем

Полная версия
Установить приложение