Москва
22 августа ‘18
Среда

Дальний Восток России и Китай: риски и преимущества соседства

8-9 сентября во Владивостоке пройдет саммит АТЭС. Россия впервые  является председателем престижного форума, объединяющего 21 страну с 40% мирового населения и 54% ВВП планеты.  Саммит в большой степени должен дать стимул развитию региона.

По мнению экспертов, на экономическое развитие Дальнего Востока огромное влияние оказывает соседство с Китаем. И здесь скрываются как огромные преимущества, так и серьезные риски.

На каких принципах строятся сейчас российско-китайские экономические отношения в регионе, что важно в них изменить, и может ли Россия использовать опыт китайской стороны для выстраивания подобных отношений. Эти вопросы с корреспондентом Infox.ru обсуждает доцент кафедры географии мирового хозяйства географического факультета МГУ Елена Самбурова.

- Елена, какие основные направления торгово-экономического сотрудничества  складываются  в приграничных районах России и Китая, какие тут возникают проблемы?

Основное направление -  развитие торговли между Китаем и Россией и здесь очевидны большие проблемы, поскольку это асимметричная торговля: со стороны России происходит экспорт сырья – это нефть и нефтепродукты, цветные металлы, древесина, а со стороны Китая – в большей степени вывозятся продукты с более высокой добавленной стоимостью. В экспорте России в Китай в целом на нефть и нефтепродукты приходится 2/3 всей стоимости в 2011 г., на поставки руды – 7,7%, древесины – 7,1%. Причем рост доли  и объемов экспорта нефти во многом связан с началом поставок в 2011 г. нефти по ответвлению Сковородино – Мохэ - Дацин от магистрального нефтепровода ВСТО, причем планируется ежегодно  поставлять в Китай 15 млн т нефти до 2030 г.  Из-за сырьевого характера экспорта Дальний Восток несет значительные потери: так, по словам Министра Российской Федерации по развитию Дальнего Востока - полномочного представителя Президента Российской Федерации в Дальневосточном федеральном округе Виктора Ишаева, Малайзия с одного кубического метра древесины получает 627 долларов, Финляндия и Канада - 520-525 долларов за кубометр леса, России кубометр древесины приносит 100 долларов, а Дальнему Востоку – лишь 90 долларов.

Второе направление – это инвестиционное сотрудничество. Крупнейшие инвестиционные объекты строятся на Дальнем Востоке с участием Китая, и во многом они отвечают именно его интересам, Это, например, строительство железнодорожного моста «Тунцзян-Нижнеленинское» через Амур, которое начнется в сентябре По этом мосту будет осуществляться вывоз железорудной продукции со строящегося в Еврейской АО Кимкано-Сутарского горно-металлургического комплекса. То есть получается, что китайские инвестиции идут либо в сырьевую сферу, либо в строительство инфраструктурных объектов для того, чтобы этот экспорт сырья обеспечить.

- Как Вы считаете,  программа сотрудничества между Дальним Востоком и Северо-Востоком Китая на 2009-2018 гг что-то изменит в этой тенденции?

Программа рассчитана на очень длительный срок, и она также асимметрична, то есть  -  основная часть перерабатывающих предприятий располагается на территории Китая, а  сырьевых – в России, поэтому консервируется и усиливается сырьевая составляющая развития Дальнего Востока. Поэтому у нас к этой программе неоднозначное отношение:  с одной стороны, хорошо, что крупные объемы инвестиций, множество объектов, а с другой, нужно учитывать, что дальневосточный регион удален от Центральной России, существующие экономические связи слабые, а это значит, что регион «обращается лицом» к границам - к азиатско-тихоокеанскому региону,  связи с которым гораздо более интенсивные. А выполнение этой программы еще больше усиливает эти связи.

Еще один аспект, который  подчеркивается многими:  китайцы встроили в свою региональную  «Программу возрождения Северо-Востока» элементы э Программы сотрудничества, а с российской стороны  отдельно существует программа развития региона и отдельно программа сотрудничества, то есть в полной мере стыковки здесь не произошло.

- Очевидно, что китайский бизнес будет соблюдать свои интересы, но возможно ли создать условия, чтобы Китай вкладывал инвестиции в те проекты, которые интересны и России?

Понятно, что без развития ресурсной базы не обойтись, это реальное преимущество дальневосточного региона, но есть разные варианты развития сырьевой базы, можно вывозить сырье, а можно развивать перерабатывающую промышленность. Для этого не хватает инвестиций и рабочей силы, но здесь можно, грамотно регулируя этот процесс, привлекать китайскую рабочую силу.

Чтобы китайская сторона инвестировала бы в проекты интересные и для России, нужны преференции для капитала, направляемого в обрабатывающую промышленность, - налоговые каникулы, низкий подоходный налог, то есть все то, что делали китайцы, привлекая на свою сторону инвестиции. Например,  необходимо подобное поощрение высокотехнологичных производств и снижение преференций  для сырьевых сфер.  Это могло бы способствовать притоку не только государственных, но и частных инвестиций.

- Но что мешает это сделать сейчас?

Вот это самый сложный вопрос, есть, конечно, официальные ограничители, особенно  сейчас, когда Россия входит в ВТО, но главное это - политическая воля. Возможно, если больше будет возможностей  у Министерства по развитию Дальнего Востока, в этой сфере что-то будет продвигаться, но сейчас только начало работы, при том, что полномочия Министерства ограничили. Возможно, что ситуацию могла бы изменить  госкорпорация по развитию Дальнего Востока, однако полномочия и функции этой госкорпорации пока не ясныСейчас аналога подобным структурам в России нет. По замыслу, они могут иметь определенную долю в инвестициях в различных предприятиях, то есть экономические возможности у них могут быть достаточно широкие.  После саммита возможно возвращение к этой идее.В то же время уже фунуционирует  дочерняя компания Внешэкономбанка (ВЭБ) – «Фонд развития Дальнего Востока и Байкальского региона», занимающаяся инвестиционными проектами в регионе.

-Что касается проектов развития региона, у Китая же есть положительный опыт, причем развития территорий, практически, с нуля?

Да, это, например, Шэньчжэнь на юге страны в провинции Гуандун. Эта «специальная экономическая зона» была создана одной из первоых в Китае, рыбацкая деревушка, в которой начали с создания инфраструктуры, построили морской порт, аэропорт, а дальше  началось активное  привлечение прямых иностранных инвестиций наряду с национальным государственным капиталом, были подключены льготы для иностранного капитала. Опыт Китая показывает, что, во-первых, необходима концентрация экономической деятельности, во-вторых, должен быть создан благоприятный инвестиционный климат, в-третьих, в разумных пределах возможен рост открытости экономики отдельных территорий.  Правда, опыт Китая связан с инвестициями не в добывающую сферу, явное преимущество Китая – это большое количество относительно дешевых трудовых ресурсов.

-Что касается трудовых ресурсов в Дальневосточном регионе, сейчас много говорят о происходящей там депопуляции населения и притоке мигрантов со стороны Китая, какая там сложилась ситуация?  

Официальная статистика  называет цифру 6,3 млн человек по переписи 2010 г., в то время, как в 1991 г. население региона составляло 8 млн, а на 1 января 2004 г. – 6,6 млн человек. Сокращение численности очевидно и эта тенденция  будет продолжаться, правда в разных частях региона ситуация складывается по-разному, например, в Якутии наблюдается небольшой прирост. А вот в приграничных районах – сильный отток, причем это происходит, несмотря на Программу привлечения жителей других регионов России.  Более того, опросы показали, что примерно 40% населения Дальнего Востока  говорят о том, что хотели бы  уехать из региона. То есть, для развития региона  нужно  искать возможности не только привлечения  людей, но и создать такие условия, чтобы им захотелось остаться. То, на что делается основной упор сейчас, - сырьевой сектор, но он  не требует большого количества трудовых ресурсов, да и не слишком привлекателен для населения, молодежь ведь не будет рубить лес для китайцев! Для населения интересны перерабатывающий сектор и то, что связано с более высокими технологиями, то,  что требует высокого уровня образования.

- А что касается мигрантов с китайской стороны, насколько реальна угроза притока большого количества людей с китайской стороны? Ведь разница в плотности населения на границе двух государств огромна.

Официальная  статистика называет небольшую цифру – по данным Всероссийской переписи населения 2010 г., около 6 тыс. китайцев в ДФО.  Нелегальная миграция, по разным подсчетам, составляет от нескольких десятков тысяч до 100-150 тыс. Причем, многие китайцы приезжают не для того, чтобы остаться в регионе, а для того, чтобы уехать затем в  ЕЧР или дальше, в европейские страны

- С учетом всех обозначенных проблем и особенностей региона, как саммит может повлиять на развитие Дальнего Востока?

Саммит определенную роль, конечно,  сыграет: это и внимание со стороны государства и бизнеса, которое привлечено к региону, это и уже существующие крупные  инфраструктурные сооружения, крупные инвестиции, но вопрос в том, чтобы они не остались мертвыми, не остались неиспользованными. Например, мост, соединяющий материк с островом Русский - крайне инвестиционноемкий проект. На острове создается Дальневосточный федеральный университет, планируется, что число студентов может достигнуть 50 тыс. чел. Но вот вопрос, если  действительно привлечь на остров большое количество людей, то территория может просто  не выдержать такой нагрузки, возникнут проблемы с водоснабжением и другими коммуникациями, под угрозой может оказаться экология острова

 

 

 

О спикере

Елена Самбурова

 

Доцент кафедры географии мирового хозяйства географического факультета МГУ, кандидат географических наук.

Область научных интересов: географическое китаеведение; география внешнеэкономических связей стран мира; Россия в мировом хозяйстве.

Популярные посты

Игорь Стрелков
14.04.2018, 09:34
Андрей Нальгин
22.01.2018, 12:01
Игорь Стрелков
25.05.2018, 13:23
Андрей Нальгин
04.03.2018, 16:58
Андрей Нальгин
02.02.2018, 10:27
Полная версия