Москва
24 февраля ‘20
Понедельник

Был ли обязан ли суд рассмотреть видео задержания Устинова?

Почему Тверской районный суд при рассмотрении дела актера Павла Устинова, получившего 3,5 года тюрьмы за факт нахождения вблизи несанкционированного митинга 3 августа, не стал знакомиться с видеозаписью, доказывающей невиновность подсудимого?

В свете того, что видео стало основным аргументом многочисленных защитников Устинова, этот вопрос сейчас является одним из самых насущных. Одни объясняют это просто – суд был пристрастен, получив заранее распоряжение «сверху» посадить человека. Другие обвиняют во всем адвокатов Устинова, которые не смогли подготовить аргумент должным образом.

Адвокат Шота Горгадзе ознакомился с процессом по Устинову и пришел к выводу, что «причина, по которой суд отказался приобщать к материалам дела и просматривать видеозапись может крыться не в нежелании суда, а в отсутствии процессуального основания для приобщения видеозаписи к материалам дела в качестве доказательства защиты».

По словам Горгадзе, судебный процесс регламентирован и целиком подчинен нормам процессуального кодекса. Например, любые, предоставляемые сторонами доказательства должны «соответствовать понятию допустимости».

Доказательство - это не просто информация. Необходимо предоставить гарантии ее качества. Таковыми выступают ссылки на источник, условия и способы ее получения. От этих данных зависит оценка полноты и достоверности материала.

«Эти правила обусловливают возможность или невозможность использования полученной информации в качестве доказательств. При том вне зависимости, как бы судья не хотел просмотреть видеозапись или приобщить ее как доказательство, если нарушено правило допустимости доказательства и не указан источник получения доказательства (он должен быть получен законным путем), то суд не имеет права просматривать и приобщать видеозапись к материалам дела. Соответственно этот материал не может служить доказательством защиты», - подчеркнул Горгазе.

Допустим, следователь прослушал аудиозапись с участием подсудимого. Это ни в коем случае не может считаться аргументом в суде. Однако, если запись получена и прослушана в рамках оперативно-розыскных мероприятий – другое дело.

Аналогично и с видеозаписью. То есть, в суде придется предоставить сведения, была ли запись сделана корреспондентом того или иного канала, системами видеонаблюдения, в какое время и так далее. Если информации на этот счет нет, «отсутствует необходимое процессуальное качество доказательства».

Бывают и такие случаи, когда сторона защиты умышленно не подтверждает качество аргумента, чтобы потом поднять на этом хайп и обвинить суд в предвзятости.

Подобное, по мнению Горгадзе, происходило во время рассмотрения дела Pussy Riot (выступление в Храме Христа Спасителя), где защиту представлял экс-адвокат Марк Фейгин.

Горгадзе воздержался от оценок действий адвокатов Устинова, но подчеркнул, что у отказа судьи рассматривать видеозапись может быть процессуальное основание.

Насчет гипотетического распоряжения сажать всех фигурантов «московского дела», эксперт напомнил, что многие были оправданы за отсутствием состава преступления: Сергей Абаничев, Даниил Конон, Валерий Костенок, Владислав Барабанов.

«Значит всё же дело в доказательной базе, а не в мифическом указании Кремля сажать всех подряд», - резюмировал Горгадзе.

16 сентября в интервью «Коммерсанту» федеральный судья в отставке, новоизбранный депутат Мосгордумы Сергей Савостьянов озвучил совсем другую позицию.

Савостьянов заявил, что законодательство дает судьям «достаточно свободно оценивать доказательства». По-хорошему, судья должен принять во внимание все доводы обеих сторон, а потом дать им оценку. Более того, судья должен «подробно объяснить, почему он верит или не верит видеозаписи».

На суде, судя по записи онлайна «Медиазоны», оценка судьей записи состоялась в тот момент, когда прокурор заметил: «Нам хотят продемонстрировать видеозапись о том же моменте, который уже исследован в рамках заседания. Нет необходимости смотреть». Видимо, это замечание было принято, как исчерпывающее.

Савостьянов этот момент объяснил тем, что судьи в России зачастую по-разному «относятся к сторонам защиты и обвинения». Конкретно в данной ситуации проблема в том, что судья не стал распространяться о причинах своего решения.

Заместитель председателя Конституционного суда в отставке Тамара Морщакова в беседе с «Ъ» тоже указала: «Исследование доказательств — дело именно самого суда».

Стороны предъявляют ходатайства, которые в принципе не могут быть не рассмотрены. Только после рассмотрения можно «решить вопрос, можно приобщить доказательство к делу или нет, и совсем не потому, хочется или не хочется судье».

Здесь приоритетом является содержание представленного доказательства, и то, насколько оно проясняет предполагаемое преступление.

Ситуация, когда суд даже не посмотрел на запись – это явное нарушение процедуры приобщения к делу доказательств, заключила Морщакова.

Мы рекомендуем

Полная версия