Москва
8 декабря ‘19
Воскресенье

МНЕНИЯ INFOX.RU

Виктор Яковлевич Деренковский

Неутешительные размышления

Для перерождения коммунистических убеждений в торгово-предпринимательские других условий, кроме алчности, свойственной людям, как будто не было.

Но откровенного разговора ни с кем из бывших партийцев, ставших олигархами, не получается. Причины уклонения от откровенных разговоров на подобные темы понятны. Часть коммунистов восприняла переход в коммерцию как партийный призыв нового времени, равнозначный призыву «двадцати пяти тысячников» в тридцатые годы прошлого века. Откликнувшиеся первыми первые и захватили, и распределили между собой общенародную собственность и ещё остались недовольными.

Если в прошлом у коммунистов был идеал, то перед вступлением в партию Березовского, они свои идеал сбросили с плеч, как непосильную и ненужную ношу, отягощающую жизнь. Они лихо освободились от партийных обязательств и решили немного пожить в «грехе», без нравственных принципов, партийных собраний и надзирающих за ними доносчиков. Прошлая партийность стала бесперспективной не только для них, но и для всего наступившего 21 века.

Оказалось, что без памяти о социализме и совести жить можно. И можно не вспоминать о них. Да и перед кем совеститься, находясь в среде людей с одинаковым послужным списком. Разрыв с идеалами, даже если их не было, и образцовую партийно-комсомольскую школу прошлого времени многие руководители сегодняшней страны как никак прошли. Они думали, что это просто. Но как обернулось время? И всё стало не так просто, как казалось.

С ними теперь нельзя говорить о совести. Они тут же заменят её научным понятием — «психология, а тогда, о чем говорить дальше? Совесть — это не предмет школьного образования, а состояние человеческой души. Психология лишь направление в науке, не занимающее никакого места в живой душе человека, учебная дисциплина, и относиться к ней следует как к неодушевлённому предмету. Психология не становится конкурентом духа, душевного порыва, как бы глубоко мы не погружались в тайны исследуемой дисциплины.

Пришёл век, в котором нет гражданской литературы. И это не упрёк в адрес писателей и даже в адрес общества. Человек меняется, дороже всего ему стало личное благополучие, он не чувствует себя хуже, когда получает известия об обрушившихся на кого-то несчастьях. Самоё большое, на что могут рассчитывать потерпевшие, это сочувствие граждан и, в лучшем случае, кратковременное сопереживание.

Первым человеком, отпустившим вожжи власти и выбросившим кнут из партийных рук, стал Михаил Сергеевич Горбачёв. А говорить о том, что его за это и предали, смысла нет. Предательство только ускорило развязку. Оберегая членов партии от греха, коммунисты не утвердили в своём Уставе положения, что «грехи» караются только Богом и членство в партии за них не карает и не отвечает. Партийность здесь не при чём. Бойтесь всевидящего Бога! А так коммунистическое учение только увеличивало противоречия в душе партийного человека. Чьего гнева больше бояться за допущенные прегрешения, партии или Бога? Партийный человек не знал и не ведал. Суд Бога считался всегда справедливым, суд партийный мог быть и часто был и остаётся корыстным.

Чтобы оправдать поход шамана на Москву, ему поставили диагноз «шизофрения». Может быть так оно и есть, как посмотреть. «Приказ» действовать неоправданно жестко против людей, вышедших на несогласованную протестную демонстрацию, «шизофренией» не считают. Разоблачения коррупции Навальным можно рассматривать как его навязчивую идею. По характеру подобные поступки близки указанной болезни. Обида тоже болезнь. И по старому московскому обычаю обидчика можно вызвать на кулачный бой. Думаю, что «Песнь про купца Калашникова» до сих пор находится в школьной программе по литературе.

Но вообще согласовывать «протестные» акции — это что-то от лукавого. Протестом люди выражают не только личное неудовлетворение. Протест может носить и иметь и общественный характер, вызванный, как правило, социальными нарушениями людей, имеющих властные полномочия и использующие эти полномочия в личных целях. В той же науке «Психологии» все «беспричинные» поступки замечены и отслеживаются давно, и имеют своё научное название. Кто не помнит, напомню — «теория фрустрации и агрессии».

Для отказа людям в выражении открытого протеста причин нет. Протест — это фрустрация, а выход из неё — агрессия. Сегодня наглядный пример подобного явления — трагедия в воинской части. Причина одна, какие бы оправдания не назывались сторонами. Человек остаётся в общественной системе «неуслышанным», и, кроме выражения протеста в той или иной форме, у него нет иного выхода. Как человеку можно отказать в выражении протеста, упредить протест? Человека надо выслушать, и кто не может слышать протеста — является источников агрессии. Только кажется, что погасить агрессию легко. Здесь надо поступать так, как поступают с капризным ребенком — чем-то отвлечь его от того что он добивается. Ребенка отвлечь можно, но чтобы отвлечь общество прибегают к грубости, жестокости и запугиванию, но и выход через цепную реакцию тоже не лучший. Такой выход — трагедия.

Дело разрушения, например, война — трудное дело, но и дело созидания не столь простое и легкое, а многим оно вообще оказывается не по силам, хотя им война и агрессия ближе, если они не рядовые, не пушечное мясо, а штабные генералы войск и генералиссимусы.

Что могут представлять из себя отдельные независимые люди в такой ситуации? Кабинет Министров, и не только временного правительства Керенского, не справившийся с политической обстановкой в России после Февральской революции, но и министры нового времени, которые определяют жизнь людей в настоящие дни. Человек ушел в бизнес, по большей части в «подпольный». Кто же ему разрешит заниматься бизнесом открыто и законопослушно, когда для этого нет никаких условий? Это опасно, когда конституционное право распространяется не на всех и существует не для всех.

Все философские учения человек выдумал для себя сам, но фундаментом этих учений являлись основы веры или споры о ней. Веры в то, что человек может стать лучше, чем есть, умнее и сильнее. Каждую веру нужно обосновать, поделиться ею с народом, чтобы народ нашёл в ней поддержку, установить в ней что-то общее, на чем можно сохранять дружелюбные отношения, приближаясь к отношениям в семье — братья и сестры.

Пост Президента, конечно, каторжный пост, но только в том случае, если его исполнять, как каторгу, неволя себя, не от любви и заботе о людях, не по призванию, не по своей воле, не от души и осознанной обязанности, не без ежедневной исповеди перед Всевышним за каждый содеянный день.

Сегодня 85% жителей России живут, как осужденные на «каторгу». В ожидание срока, который не убывает, как проклятие, потому что его никто не называл, как и причины наказания. Подспудно многие ориентируются на 24 год. Но это неоправданное ожидание, это порог, через который легко перешагнуть, как и во все предшествующие периоды. Мало ли на свете неизбежных случаев. И то, что происходит сейчас, также не навсегда. И смену нужно провести тогда, когда в обществе появится человек, обладающий провидением, если мы говорим о смене режимов. А сейчас пусть остаётся Прежний, у него хотя бы есть опыт.

Россия уже не может стать империей, а чтобы владеть миром, нужно быть империей. Пустая претензия на империю губит народ. Единственной страной, которая могла бы претендовать на это звание, является Китай. У него есть коммунистическое прошлое и коммунистическое настоящее. Оно и послужит обоснованию новой коммунистической империи. Современная Империя может быть только коммунистической. Российские коммунисты ошиблись в своей братской интернациональной идеологии.

Люди смертны — это закон природы. Этим природа гасит человеческую несправедливость и даёт надежду человеку на лучшее будущее. Поэтому перед смертью все равны. Фактом смерти Бог устанавливает справедливость. Это не каприз. Есть ли смысл надрываться и искать и счастье, и смерть преждевременно, если исходом жизни человек не управляет. Иначе установить справедливость нельзя. Если мы хотим быть мудрыми и более счастливыми, нужно вернуться к изучению Заветов с начальной школы. Но нельзя отождествлять «Заветы» с монопольным церковным учением, нужно подняться в понимание этого значительно выше сегодняшнего пагубного атеистического учения. «Богом» названа абстрактная наука о человечестве. Её можно сравнить только с математикой. Объекты математики, теоремы и формулы, как физические объекты не существуют никак, только в форме знаний. Так и Бог — его нужно познавать и можно познать, как необходимый для жизни всеобщий предмет просвещения. «Бог — учит». Другого пути для сохранения человеческой цивилизации нет, какой бы она не была сегодня. Атомная катастрофа уничтожит существующую цивилизацию или будет способствовать её перерождению.

Может ли человек, хоть что-нибудь сделать в своей жизни великое или хотя бы замечательное? Или каждый человек — это неисследованная планета и несмотря на её малую физическую величину и малое время существования, она не поддается исследованию, так как отсутствует единая методика исследования жизни вообще. Бог лишил человека синтетического знания и человек оказался бессильным перед Вселенной Бога. Какую из существующих наук положить как первый камень фундамента знаний о человеке и окружающем его мире? Я подозреваю, что религию, если чуть отдалить её от структуры церкви, приблизив к чистой науке, и она может послужить общечеловеческому делу.

Что мы сегодня защищаем и что пропагандируем посредством кино, театра, литературы, или это только зрелищные мероприятия — ритуал убийства так называемого «свободного времени», конкуренция с неустроенной частной жизнью? Свободного времени у человека нет. Человек живёт во времени. Свободное время — это, когда человек перестаёт существовать. Свободное время для человека, без философского мудрствования, это никчёмность.

Человек, часто проявляя просто любопытство заходит в церковь посмотреть, что там происходит. Так живём и мы. Насмотрелись всего, и жить своей жизнью уже некогда. Поэтому пороки не наказываются? Чем больший исторический отрезок времени мы берем для наблюдения или исследования, тем больше изменений мы можем наблюдать в жизни народов или наций. Но возьмите период в двадцать-тридцать лет, и наблюдаемые изменения будут носить совсем иной характер, останутся случайными и непонятными.

Всё происходящее в бесконечном времени скоротечно и любое произошедшее событие в данный момент сразу же становится прошлым. К прошлому, даже имея желание, человек возвратиться не может. Только лишь мысленно. Мы крепко связанны с прошлом. Линейка физического времени смещается только вперёд, все события, совершившееся до этого момента, становятся прошлым и могут быть зафиксированы либо в памяти, либо на носители информации — физическом материале, являющемся во всех случаях как бы продолжением человеческой памяти. Парадокс времени в том, что оно уходит от нас к тем, кто ещё не рождён. Человек научился делить время индивидуально на периоды, не являющимися физическими единицами. Любой период — это произвольное время, выбранное индивидуумом или обществом для своего удобства. Оно тоже имеет жесткие ограничения, но преодолевается за счет абстрактного восприятия. Время в непродолжительном настоящем вращается в суточном и годовом обороте, как заведенный механизм. Описать человеческое время в какой-либо форме доступно не каждому. Найдётся ли писатель, чувства которого будут соответствовать переживаниям людей прошлых лет и как человек настоящий почерпнёт знания из прошлого? Поэтому художественная литература человеку ближе и доступнее, чем чисто научная, в которой представить объёмный предмет, кроме формы шара, невозможно. Изучению поддаётся только отдельно выбранная и зафиксированная функциональная деталь.

Что можно сказать о девяностых годах прошлого века? У людей были большие надежды на Ельцина и Гайдара, и даже на Чубайса. Им верили до тех пор, пока не поняли, что это «бесы», явившиеся как бы из преисподней со злонамеренной целью — досаждать своими недугами простым людям, которые их и знать не хотели. Но от судьбы, как от суммы... Общества в определенные моменты времени «заряжаются» или «заражаются» энергией идей — народничеством, религиозностью, реформацией, просвещением, революционностью, социализмом и ещё чем-то подобным — всего спектра не перечислишь, и общество будет жить в этом состоянии, пока не исчерпает себя. Все эти общественные движения далеко не равны между собой, особенно в интеллектуальном сравнении.

Материалов о событиях прошлого, интересующих нас, связанных и не связанных между собою, накоплено и оглашено достаточно. Их источники сформировали историческое настоящее. Близится пора, когда с разных высот, но без умышленной и политической лжи, люди подвергнут пережитое тщательному изучению и наблюдению через факты истории. Не только факты, но и живые события прошлого приобретут и будут нести смысл. Потеря смысла индивидуальной жизни превращает человека в нечто. Но «смыслов» намного больше, чем людей. Люди живут и умирают, а смысл их жизни остаётся непознанным ни потомством, ни в вещах, созданных человеком. Вещи подчёркивают лишь факт, что людям время не безразлично, значит в том времени осталось что-то такое, чего люди не успели сделать или то, с чем люди не хотели бы расстаться или, наоборот, мириться.

Промахи в развитии экономики и социального устройства родного отечества видны и объяснить их не так сложно, только власть не желает подставляться, а вернее, разоблачать сама себя или брать на себя какую-либо, даже малую ответственность за происходящие события, в которых государство участвовало и участвует. После одновременного крушения СССР, как государственного Союза, и Социализма, как экономической системы, у граждан России осталось и сохранилось многое из социального и общественного прошлого. Может, это всего лишь память, мы не умерли, не все поменяли место жительства и привычную бытовую обстановку. Для людей закрылись многие горизонты мыслимого и открылись, как жизненная необходимость, новые. Нас подтолкнули к перерождению, и мы вновь испытываем муки, как многодетные матери. Но родившая женщина-мать не знает будущей судьбы новорожденного, она только надеется на лучшее, как и мы надеемся, не зная на что!

Многое на новом пути стало скрытым, необъяснимым и неочевидным. Неудачи, как и «успехи» превращаются в определенные факты. Их можно анализировать, рассматривая в плоскости двух основных аспектов — приобретённого и потерянного навсегда. Успехи, как и неудачи нового времени, напрямую связанны с «антикоммунистической» революцией Чубайса 90-х годов прошлого века. Все конкретные факты сравнительного анализа полученных результатов с целями «революции» превзошли разумные основания. Безумство прошлого выкристаллизовывается, как соляные отложения, доступные пытливому уму и здравому анализу прошлых событий.

Не будь Путин преемником Ельцина и ельцинского злополучного времени, политика Владимира Владимировича была бы иной. Ему пришлось бы более активно переделывать и перестраивать государственную структуру прошлого управления. Путину не хотелось бы быть уязвимым в моральном и политическом плане из-за наследства предыдущего президента. Но он связан с Ельциным и его режимом пуповиной. Он, можно сказать, дал Ельцину клятву.

После проведенных реформ всех живых участников, не успевших сбежать за границы России с награбленным добром и сбежавших тоже, следовало бы призвать к справедливому суду или хотя бы к ответу. Путин решил, не зная, сколько он может продержаться у власти, опираться на олигархов, видимо, с надеждой, что они спасут его, как когда-то в 1996 году они спасли Ельцина.

Народ после расточительного правления Ельцина воспринял Путина с надеждой. И что теперь может сделать Путин для олигархов приятного и полезного — это защитить их от «гнева» народа и государственной справедливости, которые созданы под существующую модель управления незаконным обогощением. Эти два момента усилили власть Путина до окончания всех избранных им сроков. «Анархия», как и любая политическая система, не является чистым политическим потоком, как думал русский анархист Петр Кропоткин, ей тоже кто-то управляет, без всякого на то права, иначе она не являлась бы властью. Ведь никто не знает, сколько ещё продлится земное время и сколько времени человечество будет существовать на этой планете. Человек не случайно был создан Богом из праха земного.

В одном частном закрытом клубе миллиардеров в Нью-Йорке, куда я был приглашен хозяином клуба, но заплатил за вход 25 долларов, я услышал одну интересную историю. Что в одном Нью-Йоркском банке, в качестве залога за полученный кредит в 67 миллионов долларов лежит одобренная к изданию книга российского журналиста под условным названием «Люди Кремля» (От перестройки до заката Путинизма). Второе её название — «Политическая архитектоника Кремля». Автор за полученный кредит передал право на издание книги Банку, подписав с банком выгодные для себя условия. Книга не может быть издана ранее 2023 года, и её тираж не может превышать 5 млн. экземпляров в переводах на другие языки, кроме русского и английского. Информация о книге распространяется пока скрытно и сейчас решается вопрос об организации подписки на первое издание. Ни автора книги, ни банка, в котором находится рукопись, никто не называл, и я этим не интересовался. Я говорил об издании своей книги и рассказ собеседника принял как вежливый отказ в помощи мне.

Мы рекомендуем

Полная версия